Бонды есть, но не в нашу честь

Как Россия дошла до таких бондовых складов и почему рентабельность нам не светит

Александр Иванов Александр Иванов
эксперт, президент НАДТ




Этим материалом «Логирус» открывает рубрику «Экспертный обзор», в которой будем поднимать острые проблемы российской логистики и пояснять, какие варианты их решения существуют по опыту России и других стран.

В этой статье мы расскажем:

  • Где искать настоящие бондовые склады в России, как с ними работать?

  • Почему этот рынок до сих пор «черный»?

  • О чем забыли сказать Минфину перед запуском бондовых складов и почему этот проект не принесет прибыли?

  • Как в других странах развивают конкуренцию между операторами бондовых складов?

  • И чем привлекают, чтобы финансовые потоки неизбежно «заворачивались» в казну?

  • И главное, дождется ли Россия выгодных бондовых складов?


Знакомьтесь, бондовый склад

Когда мы слышим «бондовый склад» то, вольно или невольно, представляем себе какое-то помещение, большое или маленькое — и дальше воображение уже безнадежно теряется в этом замкнутом пространстве. Мы ориентируемся на склад.

Между тем бондовый склад — это не про помещение (хотя оно тут тоже не лишнее), бондовый склад — это таможенный режим.

Термин «бондовый» в этом контексте возник и обозначает примерно то же самое, что «бонд» в финансах— подразумевается гарантированное получение выгоды, правда, обеспеченной, в нашем случае, не финансовыми, а товарными вложениями.

Точного определения «бондовых складов» не существует — в разных странах или разных объединенных экономических пространствах бондовый склад используется и трактуется так, как это удобно экономическим субъектам, но есть и то самое общее, что их объединяет и чем именно этот таможенный режим отличается от всех прочих.

Таких отличий — три.

Первое — сам механизм бондового склада, подразумевающий, что товар на него поступает оптом (контейнер, паллета — не принципиально), а выпускается за его пределы в розницу. При его выпуске с территории бондового склада и происходит «растаможка», до этого товар находится как бы в нейтральной зоне.

Второе — наличие единого таможенного платежа. Если вдруг кто не знает — администрирование любого отчисления есть труд, и каждая транзакция стоит денег. Поэтому единый таможенный платеж, включающий в себя все составляющие, экономит время и сокращает количество транзакций, что дает возможность выпускать товар быстро, а государству гарантирует отчисления.

Третье — это возможность возврата непроданного товара. В случае бондового склада эта процедура упрощена кардинально, так как традиционный таможенный режим предусматривает сначала «растаможку» импорта, а уж потом его поступление в розничные сети.

В нашем случае растаможки нет — это дает возможность вывозить непроданный товар без всяких проблем. А, надо сказать (кто сталкивался — поймет, о чем здесь говорится) обратная «затаможка» — одна из самых сложных, муторных и дорогих операций в области ВЭД.

Бондовые склады имеют еще одно название склады b2b2c — если когда-то услышите такое наименование, то знайте, что это просто другое имя бондовых, которое возникло именно потому, что (см. отличие №1) здесь мы видим трех участников процесса.

Первый участник (первое b) — это поставщик товара, тот самый, который его произвел или закупил в другой стране и организовал доставку на бондовый склад.

Второй участник (второе b) — интернет-магазин или (чаще всего) маркетплейс, который выступил в качестве торговой площадки или даже — информационной площадки, уведомив покупателя о наличии товара.

Третий участник (обозначен с) — непосредственно покупатель.

Давайте на простейшем примере рассмотрим, как это работает.

Производитель завел аккаунт на маркетплейсе. Произвел какое-то количество плюшевых мишек, нашел партнера-логиста и логист привез ему контейнер с плюшевыми мишками на бондовый склад.

Следующий ход: на площадке МП появляется объявление о продаже плюшевых мишек. Которые, понятно, нужны абсолютно каждому и в хозяйстве точно пригодятся, и покупатели оформляют заказы.

Внутри бондового склада мишек достают из контейнера, упаковывают в посылки (да, внутри пространств бондовых складов должен быть фулфилмент, иначе — никак) и рассылают по адресам покупателя.

Бондовые хитрости и легкая прибыль

При этом, как мы уже говорили, разные страны, в зависимости от задач, которые стоят перед экономикой, используют бондовые склады по-разному.

Во-первых, на бондовых складах действуют различные тарифы.

В странах ЕС это 10%, правда, есть еще и НДС, который берут не с продавца, его платит конечный покупатель (что, с одной стороны, логично, так как НДС ранее не возникает, с другой — огорчительно, вечно эти доходы казны за наш счет!).

В Японии берется единый налог в размере 8%. Причем японские законодатели объясняют эту цифру тем, что налог должен быть чуточку выше расходов контрабандистов на нелегальную доставку подобных грузов — тогда все финансовые потоки неизбежно будут заворачивать в казну.

В Китае, где опыт с бондовыми особенно успешен и интересен, сейчас налог составляет 9,5%. Перед пандемией 2020 года, от последствий которой китайская экономика так и не избавилась, его снизили на два п.п., тем самым как бы приглашая компании работать именно с бондовыми по той простой причине, что государство здесь получает четкую, понятную, легко и дешево контролируемую прибыль.

«В 2020 году Китай снизил налог на бондовые склады на 2 п.п., тем самым как бы приглашая компании работать именно в этом режиме по той простой причине, что государство здесь получает четкую, понятную, легко и дешево контролируемую прибыль»

Более того, Китай пошел сильно дальше в развитии технологий, открыв не только бондовые склады, но и целые зоны, которые отличаются тем, что там размещены производства: от небольших фабрик до вполне себе солидных заводов.

«Хитрость» тут в том, что на такие территории можно завозить комплектующие либо материалы для производства. Завозишь оттуда, где эти детали стоят максимально дешево, а делают их качественно — налог на них (они же не выходят за пределы бондовых!) — ноль. Шьешь там же, внутри бондовых, например, рубашки из не облагаемых налогом материалов, а дальше эти рубашки (уже со своей добавленной стоимостью, разумеется) разлетаются — хоть на внутреннем рынке, хоть на внешнем.

Опыт Китая, кстати, интересен еще и тем, как администрируются бондовые склады, потому что сама организация процесса крайне интересна. В Китае начали с того, что определили семь территорий в семи разных провинциях в качестве эксперимента. Почему семь, а, скажем, не один или не шестьдесят четыре?

Тут все просто — логика принятия решений в Китае в те годы была грамотна: не делалось совершенно ничего, не запускался ни один проект, если нет внутренней конкуренции (наверняка Адам Смит1 посчитал бы китайцев за своих учеников, причем учеников — из числа лучших на планете). Для конкуренции семь — нормально, больше — многовато, сложно контролировать пилотирование такого непростого проекта.

Поначалу организация процесса была доверена губернаторам провинций. Опыта у всех было к тому моменту примерно ноль, а вот желания отличиться и завести грузопотоки на себя — было через край. Потому что партийный контроль, рейтинг семи бондовых складов публикуется раз в квартал. Быть в рейтинге первым, значит иметь карьерные перспективы, оказаться там последним — это, учитывая китайскую специфику, опасно. Да, насчет рейтинга — он составлялся не по тому показателю, кто лучше произносит речи и шире улыбается, он фиксирует денежные итоги.

В общем и целом — идея не просто пошла, а пошла довольно быстро. Грамотные люди, способные наладить логистику, нашлись, клиентов, как оказалось, пруд пруди. Сегодня в Китае работает больше 20 бондовых складов. В планах стояла их приватизация, и это было бы умным решением, но, как мы упоминали выше, экономических проблем в Китае сейчас очень много, и усиление роли государства в экономике наверняка добавит их еще больше.

«Овощеводы» и гаражный сервис

Впрочем, что мы все о других — давайте о себе.

Как ни крути, а бондовые в России были нужны, фактически востребованы, и они (барабанная дробь предваряет раскрытие страшной тайны!) — работали.

И работают сейчас.

Правда, вовсе не в формате госпроекта, а в той сфере, которую с некоторым смущением у нас называют «гаражной экономикой».

Вообще, чтобы представить себе, как это должно работать, автор предлагает читающим не заканчивать свое знакомство с темой чтением статьи, а совершить экскурсию на какой-то оптовый рынок, например — сейчас придумаем какое-то название — давайте назовем его, ну, допустим, “Овощевод” (все совпадения случайны). И попробовать сделать там оптовый заказ.

И вот тогда — мгновенно найдутся и продавцы, которые готовы будут исполнить любой из ваших капризов, и логисты, которые доставят вам заказанное на «Овощевод», и цеха, которые пришьют на заказанный вами китайский ноунейм бирочку «Made in Russia» (а вы думали, откуда у нас такой взлет якобы местных производителей?) и те, кто напечатает сертификаты и даже помогут с маркировкой, а еще — вам заведут аккаунты на любом маркетплейсе, сами за вас отвезут товар на склад этих самых маркетплейсов. То есть ваша задача — сидеть и считать деньги. Возвращаемся к тому, с чего мы начали, «бонд» — гарантированная прибыль.

«Бондовые склады в России работают, правда не в формате госпроекта а в той сфере, которую с некоторым смущением у нас называют “гаражной экономикой”»


Кстати, насчет слова «гаражный»? Когда у нас поминают гаражную экономику, то многим почему-то кажется, что это что-то микроскопически малое.

Это не совсем так (и даже вообще не так) - проведенное два года назад исследование показало, что 32% товаров на отечественных маркетплейсах — это тот самый китайский ноунейм, превращенный стараниями овощеводов в импортозамещение продукт отечественного производства.

Зимой этого года аналогичное исследование дало уже цифру в 34%.

Об исследовании в две строки — автор Алексей Петровский, e-commerce аналитик, он использовал метод Гальтона2, который, как известно (математики подтвердят) работает безошибочно точно.

Что же касается отечественных овощеводов, то автор вовсе не против них и находит их работу весьма квалифицированной, а сервис превосходным (что логично, свободный труд в конкурентной среде всегда будет превосходить работу на государственный капитал и по цене, и по качеству), словом, советует учиться у них и уверяет, что учиться — есть чему.

О чем нам говорит успех бондовых складов отечественных овощеводов?

О том, что рынок для бондовых — есть.

И еще о том, что этот рынок уже сейчас составляет больше 2 трлн рублей.

Правда, этот рынок иногда стыдливо называют «серым» (неправда, он — черный). Но тем более есть прекрасная возможность его умно «обелить», так как смысл государства (наивно прозвучит, наверное) не в репрессиях, а в мудром перераспределении потоков с выгодой для страны и без ущерба и карательных акций в отношении сограждан.

Все вышеописанное просто иллюстрирует мысль о том, что бондовые склады нужны в России, и понятно было еще лет десять назад. К тому времени в мире уже был накоплен довольно большой опыт работы бондовых, собственно, уже лет 10-15 даже придумывать в этой области ничего не надо было, все было придумано, продумано, опробовано — что называется, бери и делай.

«Почта России» и растаявшие пельмени

Кстати, лет 10 назад реализация такого проекта была бы очень актуальная для нашей страны.

Тогда не вышло, а вышло два года назад, когда, наконец, премьер-министр утвердил решение о том, что бондовым складам — быть.

Правда, уже на старте что-то сразу пошло не так — ответственным за проект было назначено Министерство финансов. Что, в принципе, отчасти логично, так как, как мы писали выше, бондовые склады — таможенный режим, а таможня — это про деньги.

Вызывало некоторое беспокойство то обстоятельство, что Минфину не слишком близка тема операционки, но была уверенность в том, что профессионалов в стране много, есть с кем посоветоваться и есть кому объяснить, что и как должно работать.

Далее — оператором бондовых складов была назначена «Почта России».

Неизвестно (или сделаем вид, что нам это неизвестно), почему, например, не СДЭК или не Боксберри, и отчего хотя бы тендер не провести, и уж тем более непонятно, почему этим должны заниматься именно логисты «последней мили», но — мы не Китай недавнего прошлого, где нужна конкуренция, у нас решения принимаются с точностью до наоборот и почему-то всегда в пользу монополизации. Государственной.

Поэтому, кстати, и бондовый склад у нас в стране один а, скажем, не пять. Хотя, если бы их было пять (или двадцать) — какая разница, если оператор — монополист, конкуренция все равно бы не сработала.

В какой-то момент казалось (автору этих строк тоже), что ладно, пусть будет Почта, в конце концов, важно, наконец (напоминаем, с опозданием лет в 10-15) начать. И, если эксперимент станет успешным (а каким он еще может стать?), то тогда придется расширять список операторов и вообще все наладится и станет хорошо.

Сейчас, имея на руках документ о том, что такое бондовые склады по-русски, чем они отличаются от всех других и что там за таинства должны происходить, скажем, что — нет, не наладится и хорошо не станет.

Сам документ о бондовых здесь, вдруг кто-то захочет насладиться его содержанием.

Да и ум человеческий изощрен — как знать, вдруг хоть кто-то, хоть одна компания в стране, из невесть каких соображений, захочет попользоваться этими, прямо скажем, странными опциями.

Если попробовать совсем уже кратко передать содержание документа, то — львиная его доля посвящена работе с так называемыми международными почтовыми отправлениями (МПО).

Сложно сказать, как идея вставлять туда МПО вообще могла хоть кому-то прийти в голову, но она не просто пришла, а заняла там ведущее место и забила собой весь объем документа, через которую она прошла красной нитью.

«Контейнеры и паллеты нет никакого смысла оборачивать крафт-бумагой и ставить на них почтовые штемпели. Жаль, Минфину забыли об этом сказать»


В общем-то, на бондовых (см. выше) МПО вообще не возникает и возникнуть не может в принципе, так как бондовый склад принимает исключительно оптовые грузы — контейнеры и паллеты, а контейнеры и паллеты нет никакого смысла оборачивать крафт-бумагой и ставить на них почтовые штемпели. Жаль, Минфину забыли об этом сказать. Вот внутренние посылки на бондовом складе — да, возникают, но все-таки внутренние, а не международные, когда расконсолидированный товар покидает пределы бондового склада.

Что касается посылок международных, то нет никакого смысла завозить их в Казань и сваливать там, чтобы только потом везти покупателю — доставка международки уже маршрутизирована, пересекая границу, посылка уже направляется покупателю, сразу, не через Казань, а просто самым коротким путем, и эти пути давно оптимизированы. Нет никакого смысла устраивать какой-то лишний перевалочный пункт просто потому, что без дополнительного складирования обязательно выйдет быстрее, короче, дешевле.

Надо думать, что технологию бондовых складов либо перепутали с технологиями кросс-бордер, либо последнее довлело и слишком уж прочно сидело в голове чиновников Минфина, но, так или иначе, появился вот такой симбиоз, похожий на растаявшие пельмени. Не то, чтобы совсем уж неупотребимо в пищу, но есть это месиво противно и лучше уж отведать чего-нибудь другого.

Наверное, мама в детстве говорила чиновникам Минфина: «Учите матчасть!», вот только — кто же слушает маму, особенно когда ты чуть подрос и стал таким большим и важным…

Хотя спрос с Минфина невелик, но совершенно непонятно, почему такие простые, очевидные и понятные вещи прошли мимо внимания коллег из «Почты России».

Почта могла бы, в виде бондовых, получить очень востребованный проект, который быстро оброс бы толпами жаждущих поучаствовать в нем и (что для Почты крайне важно) заработать бы на нем много денег.

В итоге компания получает сейчас проект заведомо нерентабельный, в который, волею правительства, ей предстоит вложить огромное количество денег и это будут вложения которые окупятся примерно никогда.

Понятно, у автора есть понимание того, отчего вышло так, как вышло, вот только смысла раздавать всем сестрам по серьгам мы не видим.

Людей, не понимающих, что бондовые склады — это совсем не про международные почтовые отправления, автору видеть не довелось (наверное, они все-таки есть, кто-то же писал текст, ставший законом), наоборот, встречались либо все понимающие люди, либо — быстро схватывающие.

Тем не менее вышло то, что вышло…

Апологеты того, что называют бондовым складом сейчас, рассказывая о нем, по сути, рассказывают про СВХ — склады временного хранения.

Все так и есть (см. текст постановления правительства), и это отдельно огорчает: два года работать над проектом и, в итоге, «придумать» уже существующие СВХ (только теперь задорого) — согласитесь, так себе КПД.

Будущее бондов в России: есть ли надежда?

Что касается перспектив развития темы бондовых складов, связанных с постановлением правительства №1962, то их, скорее всего, нет совсем.

Можем предположить, что рекламные агенты Почты каким-то образом рекрутируют какое-то количество клиентов, невнимательно читающих документы правительства, которые в течении какого-то времени непременно разочаруются и уйдут.

Об эксперименте забудут (да и возникнут сложности с оценкой результата эксперимента — как оценивать то, чего нет?) и следующий заход на правительство сторонникам идеи о том, что и как надо менять, предстоит сделать, наверное, уже после смены кабинета министров.

Увы, но прекрасная и перспективная форма работы, которой так восхищается весь мир и который в других странах — надежный и верный помощник и «разгонщик» экономики, у нас сработала примерно никак: пар ушел в свисток и весь вышел.

Если допустимо будет поставить оценку всем участникам, чьими стараниями было принято постановление правительства №1962, то, пожалуй, надо ставить двойку. По стобалльной шкале.

Ну, как говорится, не впервой: чиним локомотив, меняем свисток на паровой двигатель — все еще обязательно получится.

Правда, не скоро — исторический шанс сделать хорошее, ничего даже не выдумывая, а просто делая «по образцу», мы в этот раз упустили. Когда наступит следующий раз — бог весть.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.




1Адам Смит — английский экономист и мыслитель, автор классической теории о природе и причинах богатства народов.

2Метод Гальтона — факторный анализ, направление математической статистики (один из разделов многомерного статистического анализа), объединяющее вычислительные методы, которые в ряде случаев позволяют получить компактное описание исследуемых явлений на основе обработки больших массивов информации.От других средств подобного «сжатия информации» (например, распространенных методов статистической группировки объектов) факторный анализ отличается тем, что не опирается на заранее заданный, априорный перечень факторов, влияющих на исследуемые процессы или объекты, а, наоборот, при соблюдении определенных правил и предосторожностей помогает обнаружить наиболее важные из них, причем скрытые (латентные).

Тэги: Александр Иванов, бондовые склады, таможенный режим, e-commerce, Почта России
26.07.2023

Вам интересны самые значимые события отрасли, выставки и мероприятия, конфликты и сделки, интервью и невыдуманные истории коллег? Подпишитесь на рассылку* и будьте в курсе!
Ваше имя*
Ваш e-mail*
*Всего одно письмо в неделю с дайджестом лучших материалов

Вам важно быть в курсе ежедневно? Читайте и подписывайтесь на наш Telegram
Хотите больше юмора, видео, инфографики - станьте нашим другом в ВКонтакте

Разместите новостной информер и на вашем сайте всегда будут обновляемые отраслевые новости






Читайте также



Другие статьи по темам

Аналитика ВЭД Таможня Интервью Задача и решение Итоги года Итоги недели Колонка редактора Конкурс Контроль Логизорро Личные трудности Лучшие люди Опыт в помощь Раскопки Складская логистика Фоторепортаж

Возврат к списку

Вверх
Вверх